Секреты адвокатов по уголовным делам

Информация взята и проанализирована из открытых источников

Содержание

1. Адвокаты не подмешивает свои чувства в процесс (принцип нейтральности)

Некоторые подзащитные-обвиняемые совершили ужасные преступления, но, как и любой другой человек, они имеют конституционные права. Поэтому защитник не может поддаваться своим чувствам во время оказания помощи.

Из речи одного известного адвоката:

«Ни разу не было такого, чтобы я одобрял преступление, совершенное моим подзащитным, — рассказывает Тритико. — Я не оправдываю теракт в Оклахома-Сити, в результате которого погибло 168 человек. Но Маквея нужно было защищать, и его права должны быть защищены. Такие люди, как я, должны быть готовы встать и сказать: «Я постою за вас». Вы делаете это для Маквея, и вы делаете это для всех ».

2. Главное — контакт с клиентом, независимо от преступления

Бывает трудно установить связь с обвиняемым, чей проступок может привести к высшей мере наказания. Но адвокаты говорят, что обычно находят способ относиться к своим клиентам по-человечески, и это приносит пользу делу. (особенно это помогает если адвокат еще и медиатор, как наши специалисты)

…Лихтман подружился с Готти, обсуждая семью, а Тритико считает Маквей любезным. «Я хотел понравиться Тиму и хотел, чтобы он понравился мне, — поделился адвокат. — И еще я хотел, чтобы он доверял моим решением. Так бывает не каждый раз, но в подавляющем большинстве случаев они мне нравятся».

3. Узнать как можно больше об всех лицах принимающих участие

Например, изучение потенциального присяжного — это целое искусство. И защита, и обвинение стремятся убедить их и склонить на свою сторону, но обстоятельства, как правило, состоят против защиты. Поскольку есть априори обвинительный перекос и лобби гос. аппарата «Присяжные готовятся к осуждению, поскольку никто обычно не поддерживает преступления», — объясняет оратор Лихтман.

При опросе потенциальных участников суда присяжных, Лихтман говорит очень быстро: …«Я рассчитываю на то, что потенциально проблемные присяжные заседатели или сознательно, или бессознательно продемонстрируют свои личные предубеждения, чтобы их можно было выгнать из какой-то причине. Присяжных, которые, по моему мнению, могут сохранять беспристрастность или настроены против полиции, я вообще ни о чем не спрашиваю, так как опасаюсь, что эти качества может заметить и прокурор».

Выступая в суде, Лихтман пытается выбрать одного из 12 присяжных, которому удастся установить связь: «Я изучаю их историю и ищу что-то в их жизни, что можно было бы связать с текущей делом».

4. Язык тела присяжных заседателей и судей

Лихтман утверждает, что может многое узнать благодаря пониманию языка тела: «Можно определить, в каком направлении движется процесс. Присяжные, которые улыбаются или смеются из ваших шуток — на вашей стороне. Те, кто отворачивается, — наоборот. Люди, которые следят за вашим ходом мыслей, вдохновляются вашими аргументами».

Оценивая реакцию присяжных, следует вносить коррективы в свое выступление по ходу дела: «Если я допрашиваю свидетеля или обращаюсь к суду присяжных и при этом вижу, что кто-то от меня отворачивается, я запоминаю этого человека и то, что вызвало такую ​​реакцию. Впоследствии я пытаюсь исправить это мнение. Если же кто-то смеется, я знаю, что даже если он не оправдывает моего клиента, то остается открытым к дальнейшим аргументов, и уделяю много внимания тому, чтобы склонить его на свою сторону».

5. Стоять близко к клиенту (из языка тела)

Когда адвокат и его клиент стоят очень близко, часто интерпретируется как знак солидарности защитника. Однако может быть и другая причина.

Оратор Тритико рассказал, как в начале своей карьеры он защищал клиента, обвиняемого в ограблении с отягчающими обстоятельствами. Несмотря на совет адвоката заключить соглашение о признании вины, этот человек рискнул в суде — и проиграл. Ему дали 40 лет. «Я смотрел на присяжных во время чтения приговора и почувствовал какое-то движение рядом. Он потерял сознание. После того случая я всегда держу своего клиента за руку, чтобы убедиться, что это больше не повторится», — пояснил Тритико.

А иногда помощь может понадобиться и самому адвокату. Следует признать, что услышать смертный приговор своему подзащитному, как это было в случае с Маквеем — …«возможно, наиболее отрезвляюще вещь, которую вы когда-нибудь слышали в своей жизни».

6. плохим врагом клиента бывает … он сам

Никогда не разговаривайте с полицией без своего нашего адвоката — это лучший совет, который можно дать любому подозреваемому. Однако следуют ей далеко не все. «Не могу вспомнить ни одного случая, чтобы человек не послушала этому совету и впоследствии ее не было обвинен», — говорит Гейтс.

Но это не единственный пример. Обвиняемые, которые скучают в тюрьме в ожидании суда, могут вырыть себе еще более глубокую яму. Например, они пишут письма, содержание которых становиться известным стороне обвинения. И даже если у них не будет прямого признания вины, некоторые вещи способны нанести вред дальнейшему ходу процесса. То же касается телефонных звонков. В нашей практике был случай когда лицо обвинили в убийстве только на основании телефонного разговора с женой уже рассматриваясь в суде, где обвиняемый рассказывает нюансы убийства, которые не были известны следствию и со дня на день его реально должны были выпускать!

А некоторые клиенты, которые недовольны своим адвокатом, даже пишут жалобы прокурору или судье. Незначительная на первый взгляд деталь в таком письме способна свести на нет все усилия защиты.

7. Адвокаты получают письма ненависти

Защита таких одиозных личностей, как Джон А. Готти, сын известного мафиози Джона Готти, часто приводит к осуждению со стороны ассоциации адвокатов и общества. Лихтман получал множество писем с выражением ненависти — сначала бумажных, а затем и электронных. На него плевали, когда он шел в суд, в его адрес звучала ругань.

«Я никогда не извинялся за то, что делаю, — говорит Лихтман. — Тот факт, что я защищаю подозреваемого в убийстве, не означает, что я поддерживаю убийство ».

Наш адвокат, который есть членом дисциплинарной палаты, каждый раз сталкивается с ситуацией когда поступают жалобы на адвокатов от их клиентов, и за частую это делается в двух случаях: 1-клиент ожидал от адвоката чуда, но его не произошло; 2-пытаясь через признания работы адвоката неудовлетворительной, добиться отмены обвинительного приговора.

8. Невинные подсудимые могут осложнить работу

Многие думают, что невинного защищать проще. Но, по словам оратора Гейтса, осознание того, что клиента обвиняют в том, чего он не делал, еще больше усиливает нагрузку на адвоката. «Это большой стресс, потому что вы на самом деле отождествляете себя с подзащитным», — говорит адвокат.

И хотя ни один защитник не хочет, чтобы его клиента приговорили, бывает очень болезненно осознавать, что наказан, может быть невиновным. «В Северной Каролине был один случай, когда наш коллега 15 лет пытался защитить клиента, которого, по его убеждению, обвинили незаконно. В итоге ему удалось это доказать », — рассказал Гейтс. Но это большая редкость. Чаще всего защитники невинных сталкиваются с тем, что им никто не верит.

9. Иногда клиента нужно переодеть

Если обвиняемый привык ходить в рваных джинсах и футболках с логотипом рок-группы, адвокат, скорее всего, посоветует ему выделить некоторое время «ре брендинг». То же касается прически — она ​​должна быть опрятной и общий вид должен вызывать серьезность отношения к человеку.

«Дело не в том, чтобы пытаться создать ложное впечатление о себе, — объясняет Тритико. — Но я всегда советую надевать брюки и рубашку. Надо продемонстрировать уважение к системе».

10. Адвокаты азартны, но дела двигаются не так быстро, как хочется

Спросите любого адвоката по уголовным делам, почему он выбрал эту специализацию, и самый распространенный ответ будет такой: ничто не заставляет кровь так быстро течь по жилам, как обстоит дело с высокими ставками.

«Дела движутся быстрее, и они просто интереснее гражданские дела, — считает Гейтс. — Нет ничего хуже долгих разговоров о конституционных правах. Гораздо интереснее говорить об ограблении банка».

Однако ни одно уголовное дело не рассматривается так быстро, как это бывает в фильмах или книгах. «На самом деле судебные заседания не очень интересно смотреть, а некоторые их части вообще невероятно скучны. Телеканалы не транслируют полное заседания в течение всего дня. Это все равно что смотреть, как сохнет краска».

Многие судебные заседаний продолжаются месяцами и даже годами.

Из исторической практики (в 2013 году присяжные заседатели провели семь недель в федеральном суде над бостонским гангстером Джеймсом Балджера (Уайти) и еще пять дней обсуждали приговор (его признали виновным по 31 пункту, включая вымогательством и причастностью к убийству).

11. Защитники не поднимаются так часто, как показывают в фильмах

В кино часто показывают, как адвокат ходит по залу заседаний, активно жестикулирует и стучит по столу перед судом присяжных. Правила, регламентирующие необходимость стоять, отличаются в разных штатах, однако Гейтс говорит, что по крайней мере в Северной Каролине он не так уж и много времени проводит на ногах. А в Украине существует Правила Адвокатской Этики и ПАЭ ЕС, которые не предусматривают «пляски» по залу.

«Мы должны допрашивать свидетелей с места за столом адвоката, — рассказал он. — Мы не имеем права ходить по комнате или стучать по перилам. Большинство судей не позволят вам плясать перед присяжными».

12. Адвокаты развиваются благодаря проигрышным делам («учатся на кошках»)

Иногда прокуроры настолько решительно настроены посадить обвиняемого — особенно это касается громких дел, — что у защитника практически не остается шансов на выигрыш. Из практики великих адвокатов прошлых лет:

«Когда я взялся за дело Эль Чапо, мне позвонили уважаемые мной адвокаты и сказали: ты с ума сошел, тебе это не нужно! Но зачем тогда я этим занимаюсь, если не возьму это дело? Как можно не хотеть брать на себя сложные дела? Чем больше вы работаете, тем больше понимаете факты и тем выше шансы в суде», — говорит оратор Лихтман.

13. залог не является справедливым

Никто не имеет права назвать человека виновным, пока не вынесен приговор суда, это не значит, что он может свободно ходить по улицам. Система освобождения заключенных под залог не является справедливой и предназначена для давления на обвиняемого через финансовые притязания и побуждение к заключению сделок о признании вины, выгодных обвинению.

«Они будут рефлексивно требовать 250 тыс. Долл. залога от безработного. Нет никаких шансов, что человек ее оплатит. Поручитель возьмет не менее 20 тыс. Долл », — возмущается адвокат.

Например, в Бронксе среднее время ожидания на суд присяжных составляет 827 дней. Чем дольше подозреваемый вынужден находиться в камере, тем проще прокуратуре заключить соглашение и избежать детального разбирательства в суде.

14. Плохая репутация общественных защитников

В обществе совершенно напрасно существует стереотип о некомпетентности государственных защитников, назначаемых нуждающимся подозреваемым. Тритико считает, что виной тому телевидение, которое часто показывает бесплатного адвоката как такового, что перегружен работой и не имеет достаточной квалификации.

«Во всех офисах государственных защитников, где я был, они хорошо, качественно работают. Очень редко бывает такое, чтобы я встретил там кого-то, кто работает не так тщательно, как я», — подчеркивает Тритико.

15. Повальное увлечение криминальными телепередачами

По ТВ еженедельно показывают новые серии уголовных документальных сериалов. Юристы, которые общаются с клиентами, должны учитывать тот факт, что теперь каждый, кто смотрит такие передачи, становится «экспертом».

«Криминальные передачи по телевизору превратили каждого непрофессионала на эксперта. Поэтому суд и присяжные теперь менее склонны верить экспертам-свидетелям, полицейским, а также прокурорам и адвокатам, поскольку они знают лучше».

В то же время адвокат не считает, что с этим феноменом стоит бороться: «Лично я не против этого нового мышления, поскольку играю в природный скептицизм присяжных в своей теории защиты. Я привожу факты, в которые, кажется, невозможно поверить, даже если они правдивы, и призываю присяжных использовать их здравый смысл, полученный из жизненного опыта. И просмотра телевизора». Более того наш адвокат напоминает требования Верховного суда, относительно обязанности судов, признавая лицо виновным, не только указать что мнение обвинения выглядит более логичной, а и аргументировать и проанализировать почему позиция зашиты несостоятельна.

16. Общественное мнение меняет стратегию

Готовясь к выступлению, хороший (наш) адвокат всегда должен принимать во внимание сообщение в СМИ, ведь заголовки и информация в газетах влияют на мнение судьи и возникновения страха и осуждения. Что само по себе влечет прекращение объективного подхода к рассмотрению дела.

«Общественное мнение имеет большое влияние на то, как я веду дело, — рассказываетЛихтман. — Ведь присяжные — это небольшая часть того общественного мнения, которая идет на судебное заседание, и в течение моего короткого выступления я должен убедить их в том или ином. Поэтому важно знать заранее, с чем я имею дело».

Игнорировать этот момент будет грубым упущением: «Адвокат, не проявил должной осмотрительности до того, как начнется судебный процесс, а не узнал, какова общественное мнение о его клиента или проступок, вероятно совершенное его клиентом, — просто ленивый дурак».

17. Адвокат не обязан обнародовать признания своей вины клиентом

Если обвиняемый решит признаться своему защитнику как доверенному лицу в том, что он сделал, адвокат не имеет право передавать эту информацию правоохранительным органам. «Если клиент раскрывает мне свою вину, я обязан сделать только одно, — говорит Лихтман — не позволить ему врать под присягой».

В любом случае, подозреваемые не так уж и часто выступают в суде от своего имени. «Адвокат не обязан делать что-то кроме противостояния обвинению. Поиск истины в судебном процессе не обязательно включает защитника», — отмечает Лихтман.

Это же и запрещает правила адвокатской деятельности.

18. Иногда клиенты просят совета перед тем, как совершить преступление

Юридически и морально, юристам запрещено консультировать кого-то о наилучшем способе совершения преступления, но это не мешает людям задавать такие вопросы.

«Я получаю множество подобных обращений даже сегодня, — признается Лихтман. — Я просто объясняю, что будет законно, — и не более. Все советы являются абсолютно легальными и открытыми. Я отношусь к каждой разговора так, как ее кто-то слушает».

Помогла статья? Оцените её
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд
Загрузка...
Добавить комментарий